Как правило, операции следуют приятель за другом в явной последовательности. Эта очередность не считается случайной, а намечается одним из 3 состояний Я: Родителем, Взрослым, Ребенком или, в наиболее общем смысле, обществом, реальной обстановкой или личными особенностями. Притязании адаптации предусматривают: пока эта социальная ситуация не опробована, Младенец должен пребывать под защитой Совершеннолетнего или Родителя. В следствии этого планирование, исходящее от Ребенка, в первую очередь встречается в уже опробованных ситуациях, допускющих присутствие близости и конфиденциальности.
Простейшими формами социальной работы являются упражнения и ритуалы. Какие-либо из них универсальны, иные носят локальный характер, впрочем всем им нужно учиться. Упражнением мы именуем серию несложных дополнительных Совершеннолетних трансакций, нацеленных на взаимодействие с действительностью, коия имеет 2 аспекта: статический и динамический.
Мы высказываем мнение, что статическая реальность включает все вероятные сочетания и месторасположения препарата во Вселенной. Арифметика, например, состоит из утверждений о статической действительности.
Динамическая реальность имеет потенциальные полномочия взаимодействия всех энергетических систем во Вселенной. Химия, например, состоит из утверждений, затрагивающих динамической действительности. Упражнения основаны на переработке информации и оценках вероятностей, затрагивающих материальной стороны действительности. Они достигают более совершенной формы в умелых умениях. Упражнениями являются, например, управление самолетом и операция по удалению аппендицита. Психотерапия также относится к разряду процедур, впрочем до тех пор, покуда ситуацию осуществляет контроль Совершеннолетний психотерапевта. Как лишь на первый проект выходит Опекун или Ребенок, психотерапия перестает быть процедурой. Планирование упражнения определяется четким материалом на основе оценок, сделанных Взрослым.
Упражнения можно расценить по двум параметрам. Мы говорим, что упражнение целесообразна, коль скоро субъект деятельности, которого мы нарекли агентом, лучшим образом примет на вооружение имеющиеся у него эти и накопленный опыт, хотя его знания сами собой имеют все шансы быть недостаточными.
Коль скоро же во время переработки информации Совершеннолетним в дело вмешивается Опекун или Ребенок, упражнение становится, как мы ее называем, грязной и меньше целесообразной. Об отдачи упражнения судят по результатам. Этим образом, целесообразность - данное психологический критерий, а отдача - материальный. Например, один районный лекарь на тропическом острове купил высокую квалификацию в удалении катаракты. Он очень целесообразно принял на вооружение знания, коими располагал, хотя поскольку знал он меньше, нежели проживающий там же компетентный глазной врач, то отдача его работы была ниже. В скором времени глазной врач привык к выпивке, в следствии этого целесообразность его работы быстро упала. Сначала эффективность его работы не страдала, хотя с годами руки у него стали трястись, и его ассистент - районный лекарь - начал превосходить его не столько в целесообразности, хотя и в эффективности. Этот образчик показывает, что два описанных повыше параметра наилучшим образом может расценить эксперт по этим процедурам: целесообразность - путем индивидуального знакомства с субъектом деятельности, а отдача - на основе эффектов его деятельности.
В масштабах нашего анализа мы именуем ритуалом типичную серию несложных дополнительных трансакций, установленных внешними общественными факторами. Неформальный ритуал (например, прощание) в разных территориях может отличаться рядом деталей, впрочем в основе собственной он неизменен. Формальные ритуалы (например, католическая литургия) характеризуются во много раз меньшей свободой. Форма ритуала ориентируется Родительской традицией, однако в не слишком заметных элементах может сходным образом отображаться более позже Родительское влияние, хотя его эффекты и не настолько устойчивы. Какие-либо формальные ритуалы, особо интересные с исторической и этнографической точек зрения, имеют 2 фазы: 1) Операции происходят при жесткой Родительской цензуре; 2) Опекун отступает в сторону и Младенец получает наиболее или меньше полную свободу трансакций, приводящую подчас к оргии.
Почти все формальные ритуалы начально были в значительной степени "загрязненными" (в указанном повыше смысле), хоть и весьма целесообразными процедурами. Впрочем по мере того, как шло время и менялись обстоятельства, почти все из них утеряли какое-либо значение как упражнения и преобразились в знак лояльности. Как операции они предполагают собой попытку отделаться от ощущения вины и обрести вознаграждение путем соотношения Родительским требованиям. Ритуалы предлагают безопасный, вселяющий убежденность и нередко приятный прием структурирования времени.
Приступая к анализу игр, мы считаем полезным сначала рассмотреть какие-либо неформальные ритуалы. Думаем, что более поучительным случием могут быть варианты американских ритуалов приветствия.
1) А: Привет! (Доброе утро!).
В: Привет! (Доброе утро!).
2) А: Тепло сегодня, правда? (Как поживаете7).
В: Да. Хотя, по-моему, скоро пойдет дождь. (Прекрасно. А вы?).
3) А: Ну, счастливо. (Все в порядке).
В: До встречи.
4) А: Пока!
В: Пока!
Очевидно, что данный обмен репликами не несет практически никакой информации. Даже коль скоро собеседникам есть что сообщить приятель другу, они мудро воздерживаются от этого. Чтобы А имел возможность рассказать о том, как он поживает, ему потребовалось бы мин. пятнадцать, хотя у В, видимо, нечаянного знакомого, не хватает времени и стремления его слушать. Эту серию операций справедливо и вполне правильно мы нарекли ритуалом из 8 "поглаживаний". Коль скоро бы А и В спешили, то они вполне имели возможность бы удовлетвориться 2 "поглаживаниями": "Привет!" - "Привет!" Коль скоро бы они были, например, старомодными восточными монархами, то, прежде нежели перейти к делу, им понадобилось бы исполнить ритуал из двухсот "поглаживаний". В нашей ситуации, говоря языком трансакционного анализа, А и В немного улучшили здоровье друг приятелю и каждый из них благодарен за данное другому.
Данный ритуал с двух сторон базируется на тщательном интуитивном расчете. На данном уровне знакомства два собеседника чувствуют, что обязаны друт приятелю при каждой встрече приблизительно четыре "поглаживания", и при всем при этом не чаще раза в день. Коль скоро же они вскоре встретятся вновь (например, через полчаса) и ничего нового тогда не возникло, то они просто пройдут, не заметив приятель друга, или немного кивнут головой. Самое большее, что они имеют все шансы сделать, данное обменяться небрежным: "Привет!"
Аналогичные ситуации образуются не только на протяжении коротких интервалов времени. Они имеют все шансы охватывать периоды и в некоторое количество месяцев. Рассмотрим грядущий случай. С и D встречаются раз в день, обмениваются одним "поглаживанием" ("Привет!" - "Привет!") и идут по собственным делам. После этого С уезжает в отпуск на месяц. В день собственного возвращения он, как обычно, встречает D. Коль скоро D опять обойдется только словом "Привет!", то С имеет возможность обидеться. По расчетам С, они с D обязаны друг приятелю около тридцати "поглаживаний". Хотя их вполне можно вместить в некоторое количество трансакций, если устроить их достаточно выразительными. D обязан был бы вести себя так (каждая единица "интенсивности" либо "интереса" в его репликах соответствует 1 "поглаживанию" ):
1) D: Привет" (1 единица.)
2) D: Что-нибудь вас давно не было видно. (2 единицы.)
3) D: Неужели? Где ведь вы были? (5 единиц.)
4) D: Вот здорово! Потрясающе! Ну и как? (7 единиц.)
5) D: Смотритесь вы чудесно. (4 единицы.) Ездили сообща с семьей? (4 единицы.)
6) D: Счастлив был вас вновь повидать. (4 единицы.)
7) D: Всего хорошего. (1 единица.)
Этим образом, на счету D двадцать 8 "налаживании". И D, и С знают, что на грядущий день D отдаст два отсутствующих "поглаживания", и счет фактически сравняется. 2 днями позднее они вернутся к обыкновенному обмену 2 "поглаживаниями" ("Привет!" - "Привет!"). Однако и уже они лучше знают приятель друга, т.к. убедились, что два - вполне верные партнеры, а такое может пригодиться, коль скоро они встретятся в обществе.
Полезно разглядеть и обратный случай. Е и F обыкновенно следуют ритуалу из 2 "поглаживаний" ("Привет!" - "Привет!"). Хотя вот однажды вместо того, чтобы, обменявшись типовым приветствием, пройти мимо, Е останавливается и спрашивает: "Как дела?" Случается следующий диалог:
1) Е: Привет!
F: Привет!
2) Е: Как дела?
F: (озадачен). Прекрасно. А у вас?
3) Е: Великолепно. Тепло сегодня, правда?
F: Да. (осторожно.) Хотя, похоже, станет дождь.
4) Е: Хорошо было повидать вас.
F: И мне. Извините, я обязан успеть в библиотеку до закрытия. Всего хорошего.
5) Е: Всего хорошего.
Впопыхах уходя прочь, F взламывает голову: "Что это с ним неожиданно случилось? Имеет возможность быть, он и уже работает страховым агентом?" В терминах трансакционного анализа подразумевается: "Он мне обязан всего одно "поглаживание". Отчего он вдруг выдал целых пять?"
Приведем еще более несложной пример, иллюстрирующий трансакционную, деловую природу этих обычнейших ритуалов: N говорит: "Привет!" - а H, не отвечая, проходит мимо. "Что с ним произошло?" - думает N, то есть: "Я "погладил" его, а он мне "поглаживания" не вернул". Коль скоро H продолжает повести себя подобным ведь образом и с иными знакомыми, то это точно вызовет осуждающие беседы в его окружении.
В каких-либо случаях очень сложно провести границу между упражнением и ритуалом. Дилетанты обыкновенно называют профессиональные упражнения ритуалами. И хотя фактически каждая операция основана на здравом смысле, а подчас и на жизненно актуальном опыте, у дилетантов так не хватает знаний, чтобы данное оценить. Наоборот, профессионалы, как правило, устремляются разумно аргументировать ритуальные элементы, находящиеся там в процедурах, и не реагировать на скептически настроенных непрофессионалов на том основании, что те просто не обладают необходимыми знаниями для понимания этих осмысленных основ. Но несмотря на все вышесказанное это один из способов, при помощи которого ставшие стеной специалисты имеют все шансы воспрепятствовать новой, абсолютно здравой процедуре: осмеять ее как ритуал. Это поясняет судьбу Земмельвейса [Земмельвейс, Игнац Филипп (1818-1865) - венгерский акушер, первый раз добившийся резкого понижения смертности от родильной горячки (родового сепсиса) спасибо тщательному мытью рук и дезинфицированию их. Его способ был встречен медицинскими работниками очень враждебно] и почти всех других новаторов.
Важной спецификой и процедур, и ритуалов мы считаем то, что они стереотипны. Когда случилась первая трансакция, все оставшиеся в серии становятся предсказуемыми. А порядок их именит заранее. Результат последовательности операций также предопределен, если, конечно, не случается что-нибудь непредвиденное.
Упражнение и ритуал различаются исходя из того, что предопределяет их ход: упражнения планируются Взрослым, а ритуалы идут по стопам схемам, установленным Родителем.
Люди, не умеющие хорошо соблюдать ритуалы либо чувствующие себя при всем при этом неуютно, иногда силятся избегать их, заменяя процедурами. К данной категории, например, относятся гости, которые предпочитают помогать хозяйке готовить и разносить лакомства во время званых вечеров.
Чтобы быть жизнеспособным, нужно приспосабливаться к любой среде.
Все мы в этой жизни хотим чувствовать себя особенными, Наоми, поэтому ты не дурочка, ты человек…
Человек, не выявляющий закономерности — это безумец.
Человеком владеет любовь, а любит он то, что уходит.]
Бывают люди, которые притягивают добро. Бывают люди, которые притягивают зло. А бывают такие, которые притягивают только мух.
В глубине всякой груди есть своя змея.
Никогда не доверяй незнакомцам. Альтруизма в этом мире не бывает.
Нет человека, который был бы мудр в каждую минуту.
Ведь совсем не важно кто ты, важно какой ты!
Я хочу такой скромной, убийственно-простой вещи: чтобы, когда я вхожу, человек радовался.
Людям нужна какая-то цель, а чтобы иметь цель, им нужны враги. Легко вести за собой людей, когда им дана цель
На узкой тропе придержи шаг и дай пройти путнику, идущему навстречу. За едой возьми себе третью часть, а остальное отдай ближнему. Вот секрет того, как всегда быть счастливым в этом мире.
… человек только своё горе любит считать, а счастья своего не считает.
Зачем становиться взрослым, зачем жить, думал он, если человек не делается добрей? Бессмысленно.
Наркотики убивают в людях человечность.